Премьера спектакля «Крейцерова соната» в театре имени М. Горького посвящена памяти режиссера Бориса Луценко

205 праглядаў

Бедная Лиза

Герои Толстого ожили на Малой сцене театра имени М. Горького

Бессмертное творчество Льва Толстого, особенно его позднего периода, не часто появляется на белорусских подмостках. Для этого надо созреть, иметь соответствующую «мускулатуру». Хотя у российских коллег идут и «Власть тьмы», и «Плоды просвещения», и Петр Фоменко ставил «Войну и мир. Начало романа». Ставятся посвященные классику и его семье пьесы современных авторов — «Русский роман» и «Толстого нет». Тем приятнее, что на Малой сцене Национального академического драматического театра имени М. Горького решились на опыт освоения толстовской прозы. Здесь проходят премьерные показы психологической драмы «Крейцерова соната» по мотивам одноименной повести Льва Толстого в постановке молодого режиссера Марии Матох.
 

Спектакль посвящен памяти народного артиста Беларуси, известного режиссера и многолетнего художественного руководителя театра имени М. Горького Бориса Луценко. Он мечтал поставить эту повесть Толстого на театральной сцене. Вообще, в период своей режиссерской зрелости Борис Иванович тяготел к подобному материалу — обнажающему душу человека, проливающему свет на некую закрытую сторону человеческой души. Покаяние — ключевое понятие для понимания поздних работ Луценко. Также его интересовал вопрос греховности (или негреховности?) природы лицедейства как такового. Он метался в своем кабинете, как лев в клетке, но ответов не находил. Или находил, но они его не устраивали. «Крейцерову сонату» поставила его ученица — молодой режиссер Мария Матох, дебютировавшая на сцене Горьковского театра некоторое время назад лирической трагикомедией по пьесе Михаила Угарова «ОбломOFF». Художественным руководителем постановки был Луценко.

«Крейцерова соната» с болезненной дотошностью, дидактичностью и неизбежно возникающими нравоучениями рассматривает тему ревности в браке и сам институт брака, в котором отсутствуют любовь и взаимопонимание. Но несмотря на отпугивающую мрачность темы, Мария Матох поставила очень компактный, современный и целостный спектакль, составные части которого не распадаются на отдельные элементы, а работают на общий замысел. И несмотря на то что здесь преобладает черный цвет, «Крейцерова соната» оставляет светлое христианское чувство любви по отношению к несовершенству человеческой природы. Нет осуждения и пафоса.

Это очень актерский спектакль. Жанр его обозначен как «история одной ошибки». В спектакле два состава. Мне довелось попасть на тот, где солируют Александр Полозков в роли Позднышева и Виктория Ковальчик, играющая его супругу Лизу. Слаженный квартет с ними составляют Павел Евтушенко и Дэвид Разумов.

Полозков по-своему решает своего Позднышева. Он здесь и палач, и жертва. Не боясь, актер ныряет в глубины подсознания и интуиции и обновленный этим опытом выныривает обратно. Виктория Ковальчик демонстрирует многогранные ипостаси женской природы: обольстительница, кокетка, домашняя хозяйка, кумушка. Только успевай приноравливаться к ее маскам. Режиссером и актрисой хорошо схвачены текучесть женской натуры. Она тем более выразительна на фоне монументальной зацикленности Позднышева на собственном эго, своих страхах и обидах. Он с упоением поддается демону ревности и оказывается им погребенным.

Как и экранизация Михаила Швейцера с Олегом Янковским в главной роли, эта «Крейцерова соната» начинается с признания Позднышева в убийстве собственной жены. Но, отматывая пленку этой семейной драмы назад, смотреть спектакль интересно и поучительно. До последнего надеешься, что горемыке Позднышеву удастся избежать роковой «ошибки». Уж лучше бы он вылез в окно накануне венчания, как еще один герой классики — Подколесин.

Тэатры